Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Владимир Путин в Санкт-Петербурге провёл заседание Совета по культуре и искусству

15 декабря 2018
900

Владимир Путин в Санкт-Петербурге провёл заседание Совета по культуре и искусству

Владимир Путин провёл в Санкт-Петербурге заседание Совета по культуре и искусству. Обсуждались вопросы формирования и реализации национальной программы «Культура» на период до 2024 года.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Наше заседание сегодня посвящено Национальной программе в сфере культуры.

Задача её формирования была поставлена в майском указе этого года, где, как вы знаете, определены ключевые направления развития страны. И в эти приоритеты, безусловно, входит культура как основа общественной жизни и нашей идентичности.

Добавлю, что глобальная конкуренция за создание лучших условий для самореализации, раскрытия потенциала каждого человека сегодня растёт, и ведущие страны мира, включая и нашу страну, Россию, справедливо видят в этом «ключ» к будущему. И конечно же, значимую роль здесь будет играть создание живого, насыщенного культурного пространства, интересного, притягательного как для собственных граждан, так и всего мира.

В целом проект национальной программы уже готов, но, я думаю, очень важным является то, что мы можем обсудить не только на Совете, но и придать этому обсуждению более широкое звучание в профессиональном сообществе в целом.

Хотел бы также обратить особое внимание на задачу создания в субъектах Федерации крупных культурных кластеров. Они соберут на одной площадке филиалы наших ведущих творческих организаций, будут способствовать более полному участию в культурной жизни страны да и мира, жителей регионов и гостей России, туристов.

Города, где появятся первые кластеры, уже определены: это Владивосток, Кемерово, Калининград и Севастополь. Также выбраны творческие вузы, музеи, театры, которые там будут представлены. Надо не затягивать с запуском этих важных проектов и использовать при их реализации лучшие отечественные и зарубежные наработки. Например, в части музейно-выставочной деятельности необходимо опираться на успешный опыт Государственного Эрмитажа, который уже многие годы реализует программу своего присутствия в российских регионах.

Прошу активно включиться в работу и органы власти на местах. Создать все условия для общественной и экспертной дискуссии, которая позволит определить содержательное наполнение программ кластеров. И, ко­нечно, важно решить такие насущные вопросы, как порядок содержания новых объектов, их эксплуатации, финансирования, кадрового обеспечения.

При этом создание филиалов федеральных музеев, театров и вузов не снимает задачу поддержки, развития аналогичных учреждений местного или регионального уровня. Они не должны, безусловно, чувствовать себя «бедными родственниками», и уж тем более недопустимо их сокращение. На это хочу обратить особое внимание.

В целом национальная программа в сфере культуры должна получить сильное региональное измерение, стимулировать повышение качества и разнообразия культурной жизни в малых городах и посёлках страны. И не случайно особое место в программе отводится формированию в регионах культурно-досуговых организаций клубного типа, поддержке добровольчества в сфере сохранения историко-культурного и нематериального наследия народов России, развитию сети региональных и, главное, муниципальных библиотек.

У нас появляется всё больше интересных, содержательных авторов. Спрос на книжную продукцию и, соответственно, объёмы её выпуска постоянно растут. Но одновременно растут и цены на книги, и прежде всего – в сегменте детской литературы. В этой связи библиотеки, где можно свободно и, главное, бесплатно брать книгу, приобретают особое значение. Обеспечить своевременное и ритмичное комплектование фондов библиотек, в том числе новинками книжного рынка, – одна из задач национальной программы в сфере культуры.

Также важна поддержка талантливой творческой молодёжи. Мы этими вопросами занимаемся достаточно активно. И я знаю, что многие из присутствующих здесь проводят эту работу, причём за счёт своего личного времени и достаточно бескорыстно. Хочу вас за это поблагодарить. Но важно не снижать динамику. Это касается и самих деятелей культуры, касается различных бюрократических учреждений самого разного уровня. Нужно эту работу продолжать.

Наша задача – предоставить одарённым начинающим музыкантам, актёрам, художникам, музейным специалистам все возможности для успешной работы и самореализации и, конечно, желательно на Родине.

Выучить, помочь с практикой и даже выделить персональный грант – это неплохо и даже хорошо, но недостаточно, этого мало. У ребят должна быть уверенность, что каждого из них ждёт рабочее место, достойная заработная плата и жильё.

Прошу все заинтересованные ведомства уделять этому постоянное внимание.

Я бы на этом закончил и хочу предоставить слово директору Приморского музея имени Арсеньева – Виктору Алексеевичу Шалаю.

Владимир Путин в Санкт-Петербурге провёл заседание Совета по культуре и искусству

В.Шалай: Добрый день, господин Президент!

Добрый день, коллеги!

Спасибо большое за возможность войти в Совет и представлять здесь ту часть музейного сообщества, в котором я работаю, и регион, в котором я живу. Это Дальний Восток. Сложный, но интересный, безусловно, очень важный регион для нашей страны.

Вы упомянули про большие проекты, которые реализуются в регионах, упомянули Владивосток. Я хотел бы на этом моменте сказать большое спасибо и за многофункциональный культурный центр, который там будет возведен, и отдельно за Ваше поручение по созданию музея-заповедника «Владивостокская крепость».

Во-первых, регион не избалован качественной инфраструктурой для музейной деятельности и вообще культурного процесса, поэтому центр, который появится, безусловно, поднимет качество и работы, и условий жизни сотрудников, и качество жизни в регионе в целом.

По поводу музея-заповедника «Владивостокская крепость „ – это мечта, как житель Владивостока скажу, многолетняя, давняя и заветная. В силу разных причин она не двигалась, но время пришло, поручение есть. Повторю, отдельное за это большое спасибо. Это объект мирового уровня. Я надеюсь, что он украсит культурную карту нашей страны и займет достойное место в череде мировых памятников.

У меня есть два конкретных предложения, которые я хотел бы озвучить, пользуясь случаем. Первое связано с тем, что создаваемая инфраструктура, безусловно, влияет на качество жизни. Но существующий подход к формированию, например, заработных плат на Дальнем Востоке, боюсь, приведет к тому, что пока центры будут построены, половина из тех, кто мог бы в них работать, просто не останется в регионе, потому что неконкурентные заработные платы у дальневосточников. 35–40 тысяч рублей при тех ценах, которые есть во Владивостоке, в Хабаровске, – это не те заработные платы, ради которых люди будут оставаться. И они, к сожалению, будут продолжать уезжать с Дальнего Востока, какую бы инфраструктуру для жизни им ни предлагали, потому что просто неконкурентная заработная плата.

Я хотел бы попросить Вас обратить на это свое внимание и Ваших коллег, подумать, может быть, возможно, вернуться к какому-то отдельному специальному подходу для дальневосточников, не потому что они чем-то лучше остальных жителей страны, а потому, что условия жизни там немножечко иные, чем, например, в Центральной России.

Второе предложение связано как раз с музеем-заповедником «Владивостокская крепость». Глядя на то, как развивается история с культурным центром, когда в его обсуждение вовлечены многие структуры: и структуры на местах, и институции на местах, – там процесс идет, обсуждение довольно бурное. Я хотел бы предложить в вопросе создания музея-заповедника как важной институции иметь в виду музеи, которые на территории уже есть. Не создавать музей, который начнет с нуля, а для того чтобы поручение пошло быстрее, и музей-заповедник появился и заработал быстрее, опираться на те институции, которые есть. Форматы можно обсуждать. Пользуясь случаем, хочу и к Ольге Юрьевне обратиться, и к Владимиру Ростиславовичу именно в вопросе музея-заповедника, и всячески заверить вас, что те музейные работники, которые историко-культурной частью занимаются, не художественной, не искусствоведческой, а именно исторической частью нашего наследия готовы всячески интегрироваться в этот проект и внести свою лепту в то, чтобы музей-заповедник на территории заработал как можно быстрее, в том числе и музей, который я представляю. Приморский музей – старейший музей Дальнего Востока с хорошими фондами может быть основой для создания такого музея-заповедника. Готовы интегрироваться в самой эффективной форме.

Спасибо большое.

Владимир Путин в Санкт-Петербурге провёл заседание Совета по культуре и искусству

В.Путин: Спасибо.

Что касается уровня заработной платы, то это вопрос понятный, он, с одной стороны, обычный, с другой стороны, всегда очень важный, особенно для Дальнего Востока. Прекрасно понимаю, попробуем к этому вернуться еще раз.

Опора на тех людей, которые работают уже при реализации крупных проектов, в том числе и «Владивостокская крепость», конечно, правильная. Конечно, нужно здесь сочетать и возможности центра, и возможности узких специалистов, ну и тех, кто работает там, прежде всего. В конечном итоге ведь все это делается именно для того, чтобы создать не просто кластеры, куда деньги нужно «запулить». Понимаете, у нас денег никогда ни на что не хватает. Если взять тот же Дальний Восток, пока там не будет своей собственной базы, мы с Николаем Цискаридзе недавно разговаривали, четыре дня назад он у меня был, пока не будет собственной базы, не наездишься из Петербурга и из Москвы ни во Владивосток, ни в Кемерово, в Сибирь. Не наездишься, понимаете? Нужно, чтобы на месте все это росло, и чтобы люди не думали, что они приехали, как в командировку, на два – на три года, и потом уже чемоданчик даже не распаковывают, думают, как бы уехать назад.

В принципе ничего здесь такого страшного нет, правильно – корни, семья, друзья, знакомые, а нужно, чтобы все было на месте, чтобы никуда не тянуло, чтобы это было свое, в хорошем смысле доморощенное. Но опираться по этому, конечно, нужно на тех, кто там живет, работает и считает это своей малой Родиной. Конечно, из этого нужно будет исходить.

Пожалуйста, Елена Евгеньевна Исламуратова.

Владимир Путин в Санкт-Петербурге провёл заседание Совета по культуре и искусству

Е.Исламуратова: Уважаемый Владимир Владимирович!

Позвольте прежде всего высказать слова благодарности за поддержку клубных учреждений, особенно в малых городах и сельской местности. В нашей стране более 40 тысяч клубов, из них 37 – на селе. 3,5 миллиона творческих коллективов работают на базе этих учреждений.

В указе о национальных целях и стратегических задачах основной упор делается на сохранение, на укрепление российской гражданской идентичности на основе духовно-нравственных ценностей. И одновременно ставится задача при разработке Национального проекта «Культура» строительства домов культуры в сельской местности. Это очень правильно и своевременно, поскольку именно в провинции, именно в малых городах, тем более в местах традиционного компактного проживания коренных народов еще сохраняется традиционный уклад жизни и явления фольклора. Они наполнены мудростью народа, нравственными основами, которые способствуют сохранению и развитию личности, укреплению института семьи, а значит, и в целом укреплению нашего государства.

При разработке Национального проекта «Культура», конечно, мы все надеялись на увеличение финансирования, направленного на модернизацию сельских клубов. Однако, к сожалению, этого не произошло. Учитывая столь высокие задачи, стоящие сегодня перед культурой села, Владимир Владимирович, мы просим рассмотреть возможность увеличения финансирования строительства и реконструкции сельских клубов.

Еще особое внимание, конечно, хотелось бы сегодня уделить сохранению нематериального культурного наследия. Одно дело – важно собрать фольклорный материал, обработать, другое дело – он не должен лежать на полочках, а должен служить основой не только для любительского, но и для профессионального искусства. Поэтому сегодня нематериальное культурное наследие находится в разработке нормативно-правовой актуальной базы и соответствующих программ. Активную работу в данном направлении ведут региональные дома народного творчества совместно с Государственным Российским Домом народного творчества имени В.Д. Поленова. Этот факт может стать хорошей платформой для создания вышеуказанных документов.

Одновременно хочу передать пожелания своих коллег: чтобы вопросы, связанные с народной культурой, как можно чаще рассматривать на заседании Государственного совета. И в этой связи, конечно, хочу отметить важность принятия Концепции клубного дела в Российской Федерации.

В завершение хочу предложить вслед за Годом театра 2020 год объявить Годом народного творчества. Спасибо.

В.Путин: Спасибо. Идея хорошая.

Что касается клубного дела, я сказал об этом во вступительном слове. Чрезвычайно важная, конечно, работа, направление работы. Я сейчас не буду говорить о грустном: о сети кинотеатров и так далее, и клубов, так же как и ФАПы. Фельдшерско-акушерские пункты на селе практически начали исчезать. Нам целую программу приходится сейчас создавать. Лучше не допускать, чтобы это все исчезало, а если уже что-то произошло, надо восстанавливать. Так и будем делать, обязательно.

Что касается самой темы – культурное наследие народов России – это, конечно, одно из важнейших наших достояний. К сожалению, и языки у нас. Хоть в советское время, как бы ни ругали тоталитарный режим, но выделялись необходимые ресурсы на то, чтобы и книжки издавать на национальных языках, и газеты были, и передачи. У нас все это коммерциализируется. Эта часть нашей жизни очень пострадала за последнее время. Надо восстанавливать.

Шалашов Алексей Алексеевич, пожалуйста.

А.Шалашов: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги!

Прежде всего хотел бы поблагодарить Вас, Владимир Владимирович, за поддержку Российского национального молодежного симфонического оркестра, который благодаря Фонду президентских грантов и Министерству культуры уже активно работает, дал свои первые концерты перед студентами российских вузов, и сыграл свой первый публичный концерт в Москве. Спасибо Вам за теплые приветствия в адрес оркестра.

В.Путин: Обижаете. Спасибо за создание.

А.Шалашов: За создание, да. Совершенно верно. Спасибо.

Сто молодых музыкантов из 27 регионов страны, очень одаренных, счастливы, что имеют работу, и что реализуются в своей профессии под руководством российских и зарубежных педагогов, дирижеров. Для этого у них есть все необходимое, в том числе современная репетиционная база в новом комплексе «Филармония-2», созданном по инициативе Министерства культуры и при поддержке Правительства Российской Федерации. Центром притяжения этого комплекса для музыкантов и для слушателей стал замечательный концертный зал с прекрасной акустикой, и мы благодарны за то, что ему присвоено имя Сергея Васильевича Рахманинова. Пользуясь случаем, я хотел бы пригласить Вас, Владимир Владимирович, посетить «Филармонию-2», в гости к молодежному оркестру.

Нет сомнения, что уже через три-четыре года многие музыканты этой программы будут приглашены в ведущие оркестры России. Мне бы хотелось, чтобы среди них были не только петербургские и московские оркестры. Сегодня потребности людей в классической музыке в России очень заметно развиваются и тому пример – огромный интерес к гастролям известных оркестров, солистов, дирижеров, реконструкция концертных залов.

Очень значительный вклад в интерес к классической музыке в России вносит также растущая сеть виртуальных концертных залов, особенно там, где не может выступить вообще никакой оркестр. Во многих регионах это стало просто культурной революцией, и люди в филармонии, в которых нет оркестров и нет больших залов, планируют свою афишу. Люди с огромным интересом (много отзывов) чувствуют себя вместе со слушателями, например, концертного зала имени П.И.Чайковского и находятся в контексте музыкальной жизни России.

Вместе с тем, конечно, мы понимаем, что потребности в классической музыке не должны удовлетворяться только гастролерами. Они должны формироваться местными творческими силами, и в первую очередь симфоническими оркестрами.

И возвращаясь к теме реализации профессиональных молодых музыкантов, мы понимаем, что еще мало в России симфонических оркестров, которые могут предложить условия, сопоставимые со столичными коллективами, и создать для молодых музыкантов достойную мотивацию, чтобы реализоваться в своей профессии и в своем регионе. Молодежные оркестры являются очень эффективной ступенью профессионального становления молодежи на пути к самостоятельной жизни. И конечно, хотелось бы, чтобы молодежных оркестров со временем стало больше.

Но главным условием сохранения талантливых музыкантов в регионах России является достойное материальное обеспечение взрослых симфонических оркестров. И очень хотелось бы попросить многие регионы поддержать свои оркестры, в том числе, может быть, и с помощью федерального центра. Приведу только один пример, что 20 симфонических оркестров России имеют среднюю заработную плату ниже средней по региону – средняя зарплата от 12 тысяч до 30-ти. Таким образом, молодой человек, которого приглашают, получает даже ниже средней заработной платы, и это очень трудно.

Я хотел бы предложить рассмотреть возможность образования при Совете секций по отдельным направлениям культуры, которые совместно с представителями регионов могли бы анализировать насущные проблемы и вносить предложения по их решению. Думаю, такая совместная работа помогла бы решить отдельные вопросы культуры в регионах России.

Спасибо.

В.Путин: Что касается секций, мне кажется, что это интересно, нужно подумать, потому что, может быть, наша работа была бы более предметной, действительно. Первое.

А уровень заработной платы, понятно, что это отдельный вопрос, он всегда актуальным является, так же как по Приморью. Будем делать все, что возможно для того, чтобы поддержать, особенно в регионах. В регионах это, как правило, региональные учреждения, поэтому нужно будет с губернаторами еще работать дополнительно. И я это буду делать.

Что касается условий и для молодых, конечно, музыкантов, и для тех, кто работает уже в коллективах, которые себя зарекомендовали, тоже само собой разумеется, чтобы не было у нас никаких трагедий, как с Чайковским: стакан некипяченой воды выпил, и через несколько дней ушел из жизни Петр Ильич, гений, в 54 года, по-моему. В 53.

Слава богу, у нас сейчас воду кипятят в основном, но условия нужно создавать для всех – и для молодых, начинающих, и для уже зарекомендовавших себя, как я уже сказал. И здесь, конечно, важно не только качество воды. Жилье нужно, уровень заработной платы. Мы прекрасно понимаем.

Что касается молодежного коллектива, оркестра, то, как ни странно, идея-то родилась в недрах людей, которые творчеством занимаются, но ко мне с этой идеей пришли сотрудники Администрации Президента, далекие от сферы культуры, пришли с идеей, с просьбой поддержать. Я был несколько удивлен даже, что люди, которые напрямую профессионально занимаются совсем другим видом деятельности так настойчиво начали продвигать эту идею. Но, как видите, реализовали.

А.Шалашов: Спасибо.

В.Путин: Матвиенко Игорь Игоревич, пожалуйста.

И.Матвиенко: Добрый день, Владимир Владимирович! Здравствуйте, уважаемые коллеги!

Я бы хотел рассказать о новых тенденциях и проблемах в развитии музыкальной поп-культуры, если можно назвать ее культурной, конечно. Но я думаю, что уже можно.

В связи с бурным развитием интернета и его глобализации появилось огромное количество новых имен, новых артистов, которые никогда не были на телевидении, очень мало были представлены на радио, но у которых миллионы поклонников и слушателей в интернете. Это, конечно, прежде всего рэп и хип-хоп артисты. Как сказал один известный блогер, рэп – это такой шансон для молодежи. Соглашусь. Единственное, что в отличие от шансона 90-х сейчас некоторые образцы сделаны очень хорошо: и музыкально, и поэтически. Поэзии в рэпе действительно много, она такая откровенная. Она отличается от фальшивой эстрады, и именно, наверное, поэтому молодежь ее так с удовольствием и воспринимает.

Я не хочу сейчас долго останавливаться на том, что последнее время, вы знаете, было несколько инцидентов, было резонансное задержание рэпера Хаски, отмена концертов, потом еще ряда исполнителей. Здесь, конечно, палка о двух концах.

С одной стороны, это категорически неправильно: наступать песне на горло силовыми методами, заключать и отменять концерты, на которые придет 500–1000 человек, но резонанс от этого будет на порядок больше и выше.

С другой стороны, конечно, этически это не очень правильно.

С третьей – определенные артисты сейчас сами в очередь выстроятся, чтобы получить этот запрет концерта и за счет этого получить так называемый хайп, то есть такую мимолетную популярность. И уже такие случаи есть.

Кроме того, так как я уже в тему погрузился глубоко, сейчас уже площадки, например, артист не собрал где-то, они сами провоцируют такой момент, чтобы пришла милиция, концерт запретили. На самом деле никто не приходил. Просто денег не собрали, чтобы не рассчитываться с артистом. Поэтому еще и много аферистов.

Но тема эта действительно большая, потому что это мейнстрим. Если раньше это было маргинально, то сейчас, поверьте мне, это, к сожалению, не может сравниваться ни с кино, ни с театром, ни с классической музыкой. Это то, что слушает наша молодежь.

Год назад я выступал на коллегии Роскомнадзора примерно с этой же темой. Перед государственными СМИ, радиостанциями говорил: неправильно, наверное, – государство выделяет вам частоты, а вы ставите песни в эфир наркотического содержания, или с таким, знаете, кокаиновым флером. Это, может быть, в некоторых песнях это впрямую есть, а в некоторых и завуалировано, но тема все равно понятна.

Нужно иметь в виду, что хип-хоп и рэп – это не наше изобретение. Это тотальный тренд во всем мире, пришел он из Америки, такой гангстер-рэп. Много было путей развития, и, безусловно, он базируется на трех китах: это секс, наркотики и общий протест против всего, в основном подростковый, но иногда бывает и уже более глубокий. Но это даже в меньшей степени, как раз протестные настроения меня в меньшей степени волнуют, чем тема, скажем, наркотиков, потому что она тотально везде, и это неправильно. Неправильно, что наши радиостанции это ставят в эфир. И я год назад об этом говорил, на что мне коллеги сказали: «А как мы будем конкурировать? Мы должны конкурировать с интернетом. Если мы уберем эти песни из эфира, нас не будут слушать, мы потеряем цифры, потеряем деньги». И так далее.

То же самое, кстати, касается и блогеров, которые в интернете могут себе позволить все, нецензурную лексику. В госСМИ этого делать нельзя, поэтому, может быть, нужно добиться равных прав и для традиционных СМИ, и не очень традиционных СМИ в виде интернета. Или всем разрешить уже ругаться, или как-то это попробовать урегулировать. Это первый момент. Я сейчас пытаюсь найти какие-то решения. Повернуть этот тренд вспять невозможно, как хорошо сказал сотрудник Администрации, что это как будто встать с сачком и попробовать речку развернуть вспять. Это невозможно. Это общемировой тренд. Тем не менее какие-то шаги мы все-таки можем предпринять, потому что действительно можно понять и общественные комитеты по всей стране, и депутатов, и просто родителей, которые пытаются своих детей оградить.

Я могу сказать свои мысли, если время позволяет, или могу потом изложить это, Владимир Владимирович, Вам.

В.Путин: Мы же собрались для того, чтобы обменяться этими мыслями. Если Вам удастся сделать это коротко, мы будем благодарны, пожалуйста.

И.Матвиенко: Я постараюсь сделать это покороче.

Наверное, можно придумать какую-то маркировку контента. Может быть, сместить акцент с исполнителей на площадки. Может быть, придумать «плюс 18», «плюс 16», «плюс 20» маркировки, чтобы родители уже понимали, на что пойдут дети. Может быть, придумать какую-то (не знаю, как технически это сделать) маркировку для вещания контента. Например, если мы зайдем в хит-парад iTunes, мы увидим такую буковку «Е», причем если мы откроем хип-хоп, то эта буковка «Е», что означает «не очень цензурная лексика», будет в процентах восьмидесяти песен. Может быть, такую маркировку везде применить: и на радио, и в других соцсетях. Может быть, это как-то поможет.

Понимаете, при таком общем негативе к этому жанру, тем не менее молодежь и в огромном количестве занимается творчеством. В принципе это хорошо. Я думаю, что, наверное, государство это может поддержать, прежде всего инфраструктурно. Сейчас я говорю не только про рэп, но и про рок-группы, и про фолк-группы, и про этно-группы. Например, рок-группам совершенно негде репетировать, это я точно знаю. Им нужны помещения, они не могут репетировать в многоквартирном доме, значит, им нужны какие-то отдельные помещения для репетиций. В Осло, например, в центре города, наверху в библиотеке находится 20 небольших студий, куда любой молодой человек может прийти и записать трек. Как правило, у наших ребят нет такой возможности делать более или менее профессионально. Все это записывается дома.

Потом, наверное, можно подумать о том, чтобы сделать апгрейд музыкального образования. У нас великолепное классическое музыкальное образование. Я сам заканчивал музыкальное училище имени М.М.Ипполитова-Иванова. Я знаю, уровень очень хороший. У нас практически совсем нет образования – не эстрадного даже, а эстрадного с современным пониманием этого слова.

Десять лет назад, Владимир Владимирович, Вы поддержали наш проект по созданию музыкальной студии на Нижних Мневниках. Сейчас это большой комплекс, где репетируют и рэп-артисты, и рок-музыканты, и поп-исполнители, и группа «Любэ». Все отлично репетируют, записываются и вместе существуют. Также мы открыли музыкальную академию, где воспитываем музыкальных продюсеров и исполнителей, но это капля в море для такой большой страны. Поэтому я думаю, что нужно как-то подумать о том, чтобы сделать музыкальное образование более современным.

Я все время вспоминаю Фонд кино. Фонд кино был образован в 1994 году. Спустя 20 лет, последние несколько лет, вдруг появляются большие фильмы, которые могут уже конкурировать с западными фильмами. Это очень хороший пример: и «Викинг», и «Лед», и «Движение вверх». То есть государство вложило, народ получил. Может быть, подумать о том, чтобы какой-то такой фонд создать для популярной музыки. Знаете, шоу-бизнес – у нас шоу есть, а бизнеса нет. Тем не менее огромное количество музыки потребляется.

Три дня назад китайская компания «Tencent» вышла на IPO в Нью-Йорке с общим бюджетом 1,5 миллиарда долларов. Почему же мы не можем превратить наш шоу-бизнес в такой же действующий инструмент бизнеса? Просто нужны некоторые инфраструктурные решения.

Последнее, что хочу сказать. Этим летом я первый раз побывал на «Тавриде». Я считаю, что это гениальное изобретение – «Таврида». Также «Роскультцентр». Мне провели экскурсию, когда я приехал. Я шел там: в одном углу читают рэп, здесь граффити рисуют, театр репетирует. Это замечательно. Может быть, таким связующим звеном может быть «Роскультцентр», но только у него слишком большой объем: там и живопись, и театр, а я сейчас говорю все-таки про поп-музыку.

Вот, пожалуй, все, что я хотел сказать.

В.Путин: Спасибо.

Вы начали с того, является ли поп-культура культурой. Вы знаете, это все зависит от времени, в котором мы живем и от наших оценок. Всем хорошо известно, что и вальс не очень жаловали в свое время. Считалось моветоном танцевать вальс. Потом это стало классикой, по сути дела.

Здесь нет ничего удивительного, и все это меняется. Правда, Вы сказали, что рэп и прочее современное на трех китах: секс, наркотики и протест. Из всего этого, конечно, больше всего беспокоят наркотики. Это очевидная вещь, это путь к деградации нации, к деградации. Им нравится там где-то за бугром этим заниматься – бог в помощь, пускай что хотят, то и делают. Мы здесь должны, конечно, думать на тему о том, как выстраивать работу с тем, чтобы такого не было. Это даже не ругаться матом, не употреблять нецензурную лексику.

Ваше предложение – всем разрешить. Это революционное предложение. Можем начать прямо на Совете по культуре. Смешно. Почему нам смешно? Потому что мы люди определенного круга. Нужно сделать так, чтобы всем было смешно и не хотелось.

Я к Вербицкой еще поеду. Она специалист, бывший ректор университета, Людмила Алексеевна филолог крупный. Есть исследователи, которые занимаются исследованием нецензурной лексики, – исследователи, и в принципе она мне лично говорила, что это часть нашего языка. Но вопрос только, как это использовать. У нас и разные части тела есть, мы же их не выставляем напоказ каждый раз, когда тепло и холодно, понимаете? Это часть культуры, это часть нашей общей культуры, поэтому относиться к этому нужно очень осторожно.

Но с чем я согласен полностью: если невозможно остановить, то нужно возглавить и соответствующим образом направлять. А вот как это сделать, это зависит от нас. Мы обязательно, думаю, что коллеги, здесь присутствующие, из Администрации Президента, из Минкультуры – мы с вами еще встретимся, они с вами встретятся и обязательно на этот счет поговорят. Как это сделать, как возглавить и направить в нужном направлении и нужными средствами – это самое главное, потому что способ, о котором Вы упомянули, – хватать и не пущать – самый неэффективный, самый плохой, который можно себе придумать. Эффект будет обратный ожидаемому, это уж точно. Но Вам спасибо большое за Ваши мысли и за предложения.

Поделиться: